Открытие Казанского наместничества

А.Р. Мавлитова

 

Важнейшим законодательным актом екатерининского царствования по местному управлению явилось Учреждение о губерниях 7-го ноября 1775 года, или, следуя официальной терминологии, «Учреждение для управления губерний Всероссийской Империй»[1], предусматривавшее образование наместнических правлений. Содержание понятия наместничества раскрывается уже в первой статье этого закона: «Дабы губерния или наместничество порядочно могла быть управляема, полагается в оной от 300 до 400 тысяч душ»[2], т. е. законодатели отождествляли губернию с наместничеством[3]. Так, открытие новых наместничеств включало несколько этапов: 1) предварительные мероприятия; 2) подготовка к открытию, 3) открытие наместничества; 4) открытие уездов[4]. Об открытии новых учреждений наместники доносили Екатерине. Некоторые из них посылали ежедневные рапорты, а другие, наоборот, ограничивались общим описанием. Очевидно, Екатерина интересовалась ходом дела, иначе в рапортах не упоминались бы самые мелкие подробности.

Открытие наместнических правлений проводилось торжественно и пышно во всех губерниях. Образцом служило открытие первых наместничеств – Тверского и Смоленского. Сохранилось донесение генерал-губернатора князя П.С. Мещерского генерал-прокурору А.А. Вяземскому, в котором он представил краткую ежедневную информацию о предстоящих мероприятиях по случаю торжественного открытия Казанского наместничества[5]. Так, 28 сентября 1781 года последовал указ об учреждении Казанского наместничества, состоявшего из 13-ти уездов: Казанского, Арского, Козмодемьянского, Лаишевского, Мамадышского, Свияжского, Спасского, Тетюшского, Царевококшайского, Цивильского, Чебоксарского, Чистопольского и Ядринского[6].

Открытие Казанского наместничества началось 15 декабря 1781 года. В Казань съехалось все дворянство губернии. Каждый приехавший заявлял о себе предводителю, который составлял списки и представлял их наместнику. Когда основная масса местного дворянства, а также выборщики от горожан съехались в город, власти познакомили прибывших с порядком предстоящих выборов и открытия наместничества. Все дворянство представлялось генерал-губернатору. После собрания в наместническом доме следовало шествие всего дворянства в соборную церковь. Служба проводилась нижегородским архиереем, преосвященным Антонием. После литургии состоялось прочтение указа от 28 сентября 1781 года об учреждении Казанского наместничества, затем манифеста от 7 ноября 1775 года об учреждении для управления губернии.

В этой же церкви чиновники приносили присягу, давая так называемое «клятвенное обещание». Они обещали «верно и нелицемерно служить и во всем повиноваться, не щадя живота своего до последней капли крови», Екатерине II и ее наследнику Павлу Петровичу и «по крайнему разумению, силе и возможности предостерегать и оборонять» права и прерогативы самодержицы, способствуя всему тому, что относится «к верховной службе и пользе государственной»[7].

После божественной литургии был устроен салют из 101 пушечного выстрела и произведен троекратный выстрел воинскими частями, стоявшими от наместнического дома до соборной церкви. Затем дворянство вновь собралось в наместническом доме, где было зачитано «Учреждения». Генерал-губернатор разъяснял всю важность новой губернской реформы и, вслед за священниками, призывал выбирать в органы управления и суда лиц, преданных самодержавной власти и дворянскому государству.

С 16 по 23 декабря начались выборы от сословий, которые проходили в тронном зале наместнического дома. Состоялись выборы кандидатов на должности городского головы, заседателей губернского магистрата и заседателей совестного суда из казанского купечества и мещанства; кандидатов от сельских жителей; в уездные предводители дворянства; кандидатов в заседатели, в совестной суд, в верхний земский суд, выборы в уездные судьи, в земские исправники и заседатели и нижние земские; выборы губернского предводителя дворянства, двух заседателей в совестный суд, десяти – в верхний земский суд.

22 декабря состоялось закрытие старых учреждений. Так, были закрыты губернская, свияжская, воеводские (цивильская, чебоксарская, козмодемьянская, ядринская и царевококшайская) канцелярии, дворцовая казанская контора и экономическое правление.

По окончании выборов в наместничестве губернский предводитель дворянства представлял наместнику «генеральный» список всех избранных, который им вновь утверждался. Это утверждение и было непосредственным концом выборов[8]. 23 декабря состоялось божественная литургия, посвященная окончанию выборов. В этот же день преосвященный Антоний с клиром церковным совершил освящение наместнического правления, палаты уголовных и гражданских дел, казенной палаты, члены которых в этот же день вступили в должность.

27 декабря состоялось открытие приказа общественного призрения, верхнего земского суда, губернского магистрата и верхней расправы; 28 декабря – открытие казанского уездного суда, дворянской опеки, нижнего земского суда, городового магистрата и ратуши, нижняя расправа; 29 декабря открылся совестной суд.

С открытием новых учреждений окончательно прекращалась деятельность старых присутствий, дела которых были переданы в новые учреждения. Открытие учреждений в губернском городе завершалось торжественными празднествами. Для дворянства устраивались парадные обеды, за которыми следовали балы, фейерверки и театральные представления.

Таким образом, открытие Казанского наместничества являлось детально разработанной по образцу других наместничеств торжественной церемонией. Во время ее проведения все прибывшие в Казань чиновники губернского и большей части уездного уровня были приведены к присяге и ознакомлены с текстами главных нормативных документов, регламентирующих работу новых органов местного управления. Решающим днем процедуры открытия стало 23 декабря, когда начали работу государственные учреждения новой губернской столицы. Этот день, закончившийся торжественными празднествами, считается днем открытия Казанского наместничества.

Введение нового устройства управления в уездных городах требовало от администрации меньше забот. Выборы там проводились только в городские и крестьянские учреждения (в городовые магистраты, ратуши, нижние расправы, там, где они учреждались). Вслед за празднествами в Казани главным действующим лицам губернской реформы предстояло открыть присутственные места в 13-ти уездных городах Казанского наместничества. С 29 декабря 1781 г. по 13 января 1782 г. проходило открытие уездов Казанского наместничества. Были назначены чиновники, уполномоченные провести открытие. Таким образом, о формальной стороне открытия Казанского наместничества мы можем судить по донесению князя П.С. Мещерского.

В открытии новых учреждений важное место отводилось духовенству. Большой интерес представляет донесение митрополита Казанского Вениамина А.А. Вяземскому, где сообщается об участии Казанской духовной семинарии в торжествах, приуроченных к открытию наместничества[9].

26 декабря 1781 года состоялось собрание в Казанской духовной семинарии, приуроченное открытию Казанской губернии и губернского города. Особое место здесь принадлежит речам представителей Казанской духовной семинарии – ректора архимандрита Платона и префекта, игумена Раифской пустыни Кастория. В их речах подчеркивалось попечение Екатерины II о благосостоянии людей, о пользе новых учреждений, о благосклонности к наукам. В стенах семинарии произносились речи, читались оды и стихотворения (на латинском, немецком, калмыкском, вятском, мордовском, чувашском, черемисском и русском языках), прославлявшие Екатерину : «Чтоб здравствовать Екатерине, / Всех наших радостей причине / На многа лета без вреда»[10]. Таким образом, хвалебные слова православного духовенства, одическая поэзия духовных семинарий легитимировали власть российской императрицы. Подобные речи действовали на сознание граждан. Именно таким образом у населения формировалось представление об императрице как благочестивой монархине, руководствующейся в своих действиях только целями «общего блага»[11].

Роль, которую правительство отводило духовенству в открытии новых учреждений, можно проследить на примере Казанского наместничества. Для его открытия в 1781 г. от правительства был направлен нижегородский епископ, преосвященный Антоний Забелин, несмотря на то, что на казанской епископской кафедре в то время находился митрополит Вениамин Пуцек-Григорович. Официально он был уволен от управления Казанской епархией только 17 марта 1782 года «на покой по собственному желанию»[12]. Какие же были на то причины? Так, архимандрит Макарий, епископ Орловский, в своей «Истории Нижегородской иерархии», в биографическом очерке, посвященном преосвященному Антонию, говорит, что он оказал престолу и отечеству важную услугу «в 1774 году в усмирении насильников нижегородской земли, волновавшихся от возмутительных предложений самозванца Пугачева, и в 1779 году при открытии нижегородского наместничества»[13]. Благополучное открытие Нижегородского наместничества послужило причиной того, что Екатерина II отправила для открытия Симбирского и Казанского наместничеств Антония[14]. Возможно, в таком важном деле императрице нужны были деятельные, энергичные люди. К тому же митр. Вениамину (около 1700 – 1785) в 1781 году уже исполнился 81 год, а Антонию (1710 – 1797) – 71. Наверное, именно этим нужно объяснять выбор нижегородского владыки Антония[15].

При открытии наместничеств особое место занимало произнесение духовенством речей, в которых они освящали и в целом легитимировали новые учреждения. Когда слова и речи преосвященного Антония, сказанные по этим случаям, стали известны императрице, то они были напечатаны по ее повелению в Москве в 1782 году[16]. Преосвященный Филарет Черниговский в своем «Обзоре русской духовной литературы» отмечал, что слова, сказанные преосвященным Антонием при открытии Казанского наместничества, «считались образцовыми»[17].

Подводя итог, следует отметить, что открытие Казанского наместничества было детально разработанной по образцу других наместничеств торжественной церемонией, занявшей около месяца (с 15 декабря 1781 по 13 января 1782 г.). Особая роль в открытии новых учреждений принадлежала духовенству. Именно оно легитимировало новые учреждения и, следовательно, власть самой российской императрицы.

 

Примечания

 


 

 

[1] ПСЗ. – Т. 20. – СПб., 1830. – С. 229 – 304.

[2] ПСЗ. – Т. 20. – СПб., 1830. – С. 231.

[3] Амплеева Т.Ю. Реформа местного управления последней четверти XVIII века / Т. Ю. Амплеева. – М., 1997. – С. 40; Писарькова Л. Ф. Государственное управление России конца XVII до конца XVIII века: Эволюция бюрократической системы / Л.Ф. Писарькова. – М., 2007. – С. 403, 405.

[4] Хохолев Д.Е. Управление Пермским наместничеством (1780 – 1796): дис. ... канд. ист. наук / Д.Е. Хохолев; Урал. гос. ун-т. – Екатеринбург, 2003. – С. 11 – 13.

[5] Сборник материалов по истории Казанского края в XVIII в. – Казань, 1908. – С. 22 – 25.

[6] ПСЗ. – Т. 21. – СПб., 1830. – С. 276.

[7]Желудков В. Ф. Введение губернской реформы 1775 г. // Ученые записки Ленинградского государственного педагогического института им. А. И. Герцена. – Л., 1962. – Т. 229. – С. 217.

[8]Желудков В. Ф. Введение губернской реформы 1775 г. // Ученые записки Ленинградского государственного педагогического института им. А. И. Герцена. – Л., 1962. – Т. 229. – С. 220.

[9] Сборник материалов по истории Казанского края в XVIII в. – Казань, 1908. – С. 33.

[10] Сборник материалов по истории Казанского края в XVIII в. – Казань, 1908. – С. 123.

[11] Ибнеева Г. В. Церемониал российских императоров (XVIIIXIX вв.) / Г.В. Ибнеева. – Казань, 2008. – С. 185.

[12] Платон, архим. [Любарский П. И.]. Сборник древностей Казанской епархии и других памятных обстоятельств. Старанием и трудами Спасо-Казанского Преображенского монастыря архимандрита Платона Любарского // ОРРК НБЛ. – Ед. хр. – 4528. – 1782. – С. 65.

[13] Макарий, архим. [Миролюбов Н. К.]. История Нижегородской иерархии, содержащая в себе сказание о нижегородских иерархах с 1672 по 1850 года / Соч. архим. Макария. – СПб., 1857. – С. 150.

[14] За благополучное открытие этих наместничеств преосв. Антоний был награжден императрицей. Она прислала ему панагию с изумрудами и бриллиантами, оцененными в 15 000 рублей.

[15] После десятилетнего управления Нижегородской епархией преосвященный Антоний 25 апреля 1782 года был переведен в Казань на место митрополита Вениамина Григоровича, удалившийся на покой. С переводом в Казанскую епархию Антоний был возведен в сан архиепископа. В Казани управление его продолжалось около трех лет. Согласно его прошению от 5 марта 1785 года, он был уволен от управления Казанской епархией в выбранный им монастырь с ежегодной пенсией 1000 руб. Преосвященный Антоний скончался в этом монастыре 27 сентября 1797 года.

[16] Слова при начале и основании открытия Каанского наместничества, сказанные преосвященным Антонием, епископом Нижегородским и Алатырским, что ныне архиепископ Казанский и Свияжский, декабря 15 и 23 дней 1781 года. – М., 1782. – 42 с.

[17] Филарет, архиеп. [Гумилевский Д. Г.]. Обзор русской духовной литературы / Соч. Филарета, архиеп. Черниговского. – Изд. 3-е, с поправками и доп. автора. – СПб., Тузов, 1884. – Кн. 2. – С. 377.